Мой дедушка - Книги - Мои истоки и Прощание с прошлым

Перейти к контенту

Главное меню:

Книга вторая. "ПРОЩАНИЕ С ПРОШЛЫМ" > Часть 2. История моих предков.

ДЕДУШКА
КОНДРАТ ИВАНОВИЧ МАЙЗИНГЕР

      В шестом поколении от первого „русского немца“ Майзингера Иоганнеса родился в 1868 году в  Бальцере наш дедушка Кондрат Иванович. В то время в Бальцере и в окрестных сёлах жило несколько десятков семей Майзингер – потомков  Иоганнеса Майзингер. Одна из семей Майзингер была владельцем одной из четырёх, имевшихся в Бальцере мельниц. Семья дедушки имела солидное предприятие для дубления, выделки и обработки кожи и меха. Работая на  предприятии отца, дедушка  хорошо выучил все процессы обработки кож. Это ему сильно пригодилось, когда он стал самостоятельным и жил на хуторе Александровский и на хуторе Бекетный, а также во время войны 1941-1945 гг. в Сибири – в селе Усманка.
     По соседству с семьёй дедушки в Бальцере жила семья, хозяйка которой в
девичестве была из семьи Неб. В начале 1890 годов к этой семье приехали в гости родственники из немецкой колонии Блюменфельд Новоузенского уезда Самарской Губернии. Это стало поворотным пунктом в жизни моего дедушки Кондрата Ивановича.

КОЛОНИЯ БЛЮМЕНФЕЛЬД


    Колония Блюменфельд основана в 1860 г. выходцами из приволжских немецких колоний: Усть-Кулалинки (Галка), Щербаковки (Мюльберг), Верхней Грязнухи (Крафт), Верхней Добринки (Дрейшпиц), Верхней Кулалинки (Гольштейн). По церковно -административному делению колония относилась к лютеранским приходам Моргентау и Гнадентау. Часть жителей – адвентисты.
   С 1923 года село Блюменфельд стало относиться к Палассовскому кантону АССР Немцев Поволжья. В 1935 году Палассовский кантон был поделён на два: Палассовский и Гмелинский кантоны. Село Блюменфельд стало относиться к Гмелинскому кантону.
     В 1897 году в Блюменфельде проживало 1589 человек из них немцев – 1571 человек. В 1920 году – 2687 человек.
  После ликвидации АССР Немцев Поволжья и депортации немцев в 1941 году село Блюменфельд стало называться с. Цветочное Старо-полтавского района Волгоградской области. В 2002 году в селе Цве-точное проживало 160 человек. Из них всего четыре немецкие семьи. Некогда процветавшая колония умирает.

   Итак, продолжу свое повествование о моём дедушке.

СЕМЬЯ БАБУШКИ ЕЛИЗАВЕТЫ АНДРЕЕВНЫ
(УРОЖДЁННОЙ НЕБ)
  

    Среди гостей из Блюменфельда была красивая девушка по имени Лиза – моя будущая бабушка Елизавета Андреевна Неб. Дедушке Кондрату она с первого взгляда понравилась, и с самого начала её пребывания  в Бальцере, он как мог, её обхаживал и небезуспешно. Первую неделю она делала вид, что совершенно к нему равнодушна, но потом, как могла, оттягивала время отъезда домой в своё родное село Блю-менфельд.
     Через несколько месяцев дедушка Кондрат со сватами поехали в Блюменфельд сватать Лизу Неб.  Сватовство состоялось удачно. Лизу долго уговаривать не пришлось. Договорились, что венчание и свадьба пройдут в Бальцере.
За время пребывания в Блюменфельде, дедушка Кондрат познакомился и подружился с семьёй Лизы – её родителями и братьями.

У моей бабушки Елизаветы Андреевны было два брата.

    Старший брат Яков Андреевич  
Неб (род. 1867)  жил на хуторе Бекетный Сальского округа области Войска Донского. У него было три сына:
Яков (род. 1887), Александр и Готфрид (Богдан).
Из детей Якова я знаю лишь Андрея
Неб (Heinde) (1908-1967) и его сыновей. Он с семьёй до войны жил в Новой Надежде, где был пастухом, а после депортации жил в селе Новотроицком Верх-Чебулинского района Кемеровской области, где жила наша семья и другие семьи из Новой Надежды.  В Новотроицком он тоже пас деревенских коров. Я хорошо знал и помню всех трёх его сыновей: Андрея, Володю и Сашу, которые преждевременно покинули этот мир. В настоящее время поддерживаю связь с вдовой Володи Неб – Марией (урож. Люнгрин). Её семья до войны тоже жила в Новой Надежде, а после депортации в Новотроицком.
Александр Неб был в тридцатых годах председателем сельского совета в селе Бекетное. Были ли у него дети – мне неизвестно.
    Младший сын Готфрид жил там же в Бекетном до самой депортации. Было у него четверо детей. Старшей была дочь Емилия, за ней сын Давид, сын Эммануил и сын Карл.
    Емилия в шестидесятых годах жила в селе Фурмановка Джамбульской области. Остальные растерялись после трудармии. Мой брат Роберт навещал Эмилию в Фурмановке. Ведь он и Ваккер Володя жили один учебный год у неё на квартире, когда учились в седьмом классе в селе Бекетное. Её брата Давида Роберт встречал в трудармии на шахте №73  гор. Богородицк Тульской области.


ДАВИД АНДРЕЕВИЧ


  Младший брат моей бабушки Елизаветы Давид Андреевич, который был на два года моложе её, жил с родителями в Блюменфельде до самой их смерти и, соответственно, всё их имущество перешло по наследству к нему. Отец и мать их умерли в середине 1890 годов. Имущество это было солидным – большая усадьба, водяная мельница, большой надел земли.
   У Давида Андреевича в Блюменфельде родилось двое детей – дочь Мария
Давидовна (род. в 1896 году) и сын Давид Давидович 1899 года рождения.
В 1909 году пошла волна переселения российских немцев в США. Несколько семей из Блюменфельда собрались вместе эмигрировать. Среди них и Давид Андреевич. Он распродал всё своё имущество, и эта группа обозами отправилась в Одессу, чтобы оттуда пароходом добраться  до Нью-Йорка. В то время регулярное пассажирское сообщение „Одесса – Нью-Йорк – Одесса“ совершал пароход „Император Николай“.
По пути в Одессу жена Давида простудилась и вскоре умерла. Похоронив её, Давид Андреевич с детьми решил вернуться, но уже не в Блюменфельд, где у него не было ни одной родной души и никакого имущества, а на хутор Ново-Калиновский, где жило много его родственников по отцу.
На  хуторе он купил себе усадьбу, благо деньги у него ещё оставались от продажи имущества в Блюменфельде и, спустя два года, женился на женщине по имени Екатерина, которая незадолго до этого с маленькой дочкой вышла из тюрьмы за участие в распространении фальшивых денег. Муж её был связан с фальшивомонетчиками и втянул в это дело и её. Самому чудом удалось избежать ареста (по некоторым данным он скрылся за  границей) и после этого от него  не было ни слуху, ни духу.
     В 1913 году у Давида с Екатериной  родился сын Александр, а в 1917 году сын Андрей.
Александр женился и жил рядом со своим отцом на хуторе Ново-Калиновский  до самой депортации в Южный Казахстан.
Андрей с женой
Цецилией (Цилей) в середине 30-х годов переехал в селение Новая Надежда. Там он  работал в колхозе главным бухгалтером. Он с семьёй вместе со всеми ново-надеждинцами был депортирован в Верх-Чебулинский район Кемеровской области. Их поселили в селе Новотроицком. В феврале 1942 года вместе со всеми мужчинами – немцами был мобилизован в трудармию. Отрабатывал  „трудовой  долг“ в Новосибирске. Как бывший бухгалтер, он и здесь получил не пыльную работу – то ли бухгалтера, то ли учётчика. Через несколько месяцев он на пару дней приезжал домой в Новотроицкое. Как вспоминают односельчане, был он щеголевато одет: на голове  шляпа и при галстуке. Это из трудармии-то, где трудармейцам и шага лишнего нельзя было сделать. Привёз он много лакомств: колбасу, сало копчёное, сахар, масло и много конфет для  детей.
     Спустя ещё несколько месяцев Циля узнала, что муж её осужден по статье 58-14 Уголовного кодекса РСФСР –  контрреволюционный саботаж. Вместе с ним были арестованы и осуждены ещё 11 человек трудармейцев, в том числе несколько ново-надеждинцев, как например, Александр Бухгамер. В числе арестованных был и Роберт Кист. Он с матерью Магдаленой Кист был депортирован  в село Новотроицкое из Крыма.
     Для заключённых российских немцев шансы выжить в лагере были ничтожно малы. Во-первых, шла война с ненавистной фашистской Германией, а немцы, хотя и русские, ассоциировались как фашисты. Во-вторых, немцы плохо знали русский язык, а некоторые вообще им не владели.  Русские зэки считали себя патриотами и считали своим долгом хотя бы здесь в лагере воевать с „фашистами“. Немцев избивали из мести за своих погибших на фронте родственников,  отбирали у них скудный паёк хлеба и похлёбку, и те умирали от побоев и  с голоду.
     Эта судьба постигла Андрея Неб и его товарищей. Выжил лишь один Роберт Кист, отсидев 15 лет. И всё это благодаря посылкам с табаком и продуктами от его матери Магдалены. Табаком он откупался от своих недругов – уголовников и обменивал его на кое-какие  продукты питания.
В чём заключался их „контрреволюционный саботаж“ неизвестно и узнать не от кого. Роберт после освобождения на эту тему принципиально ни с кем не разговаривал и умер, не оставив наследников. Из  тысяч заключённых лишь единицам удалось выжить,  отсидеть свой срок и выйти на свободу.


*  *  *

     У Марии с мачехой Екатериной были  натянутые отношения, и она больше времени проводила на хуторе Бекетный у дяди Якова и тёти Елизаветы, где и познакомилась с моим дядей – Ваккер Адамом, ино-гда приезжавшим на хутор Бекетный к своему дяде Ваккер Андрею.
       Осенью  1914 года Адам её засватал  и  забрал  к себе на хутор Литвиновка. О ней будет написано ниже.
Давид Давидович Неб в начале двадцатых годов женился и обос-новался в большом немецком селении Нем-Потаповка. У  него было прозвище „Weinbrand Davidchen“
(винокур Давидка). Он с семьёй был выслан в 1935 году в Караганду из-за того, что числясь колхозником, в основном, занимался частным предпринимательством. У него были две лошади, которые он не отдал в колхоз. Промышлял и винокурением, то бишь, самогоноварением (откуда и прозвище). И вот такие последствия. После высылки с ним все связи прервались, тем более, что он рано умер в возрасте 50 лет в 1949 году. Было у него 10 детей – девять сыновей и одна дочь. О своих родственниках дети Давида Давидовича ничего не знали. Большинство из них живут в настоящее время в Германии.

О ДЕДУШКЕ И БАБУШКЕ


      Итак, в 1893 году наш дедушка Кондрат Кондратьевич обвенчался с бабушкой Елизаветой Андреевной Неб в Бальцерской лютеранской церкви. Отпраздновали шумную свадьбу и постепенно начали готовиться к самостоятельной жизни. На свадьбе отец  Лизы выдал ей приданое в виде приличной суммы денег. В свою очередь отец моего дедушки Иоганн Генрихович тоже выдал ему его долю деньгами.
    Прожили они у родителей  дедушки несколько месяцев и  поехали в тёплые края строить своё гнездо на немецкий хутор Ново-Калиновский 1-го Донского округа Области Войска Донского. В этом хуторе жили  родственники Лизы по отцу.  
    С середины 1920 годов хутор Ново-Калиновский стал относиться к Старокузнецовскому сельскому Совету Семикаракорского района Донской области.
  Хутор Ново-Калиновский находился в трёх-четырёх км от русского хутора Старокузнецовский. Хочу отметить, что в списке репрессированных немцев из Ново-Калиновского в 1941 году был десяток семей по фамилии Неб, которые так или иначе были связаны между собой родственными узами.
    В настоящее время хутор Ново-Калиновский не существует. В двух км от него появился  большой хутор Лиманский, который сросся с хутором Старокузнецовским. Я пишу так подробно из соображения, что, возможно, есть ещё в живых немцы, предки которых жили до войны на хуторе Ново-Калиновский. И им интересна судьба населённого пункта, где эти  предки жили.
    Мой дедушка Кондрат Иванович с женой Елизаветой Андреевной прожили в Ново-Калиновском пару месяцев. Им там не понравилось, и они оттуда переехали на хутор Александровский, что в пяти км от Ново-Калиновского. Что их туда привело, неизвестно. Этот хутор ны-не тоже не существует. Там они построили дом, и началась полная радостей и тягот  семейная жизнь. На хуторе Александровском у них родились четыре дочери и три сына:

Амалия (1894-1958), Мария (1897-1963), Яков (1898-1983),  Екатери-на (1900-1965), Кондрат (1902-1953) – мой папа, Анна-Лиза (1904-1962), Александр (1907-1974)
    О каждом из них я напишу ниже.
Дедушка занимался дублением кож, сапожничал, но главный заработок у него был от торговли лошадьми.
    На бескрайних просторах Сальских степей паслось множество табунов лошадей, принадлежащих династии конезаводчиков Корольковых. Корольковы поставляли лошадей  для нужд Войска Донского, а так же  для кавалерии Русской Императорской Армии. Излишки продавались всем желающим. Лошади в области Войска Донского были всегда намного дешевле, чем в других губерниях Русской Империи.
    Дедушка покупал десяток лошадей по низкой цене, переправлял их в Бальцер и продавал их там чуть ли не в полтора раза  дороже. Получался неплохой навар. Но эта деятельность была связана  с большим риском и с большими неудобствами – постоянно в разъездах.
   По характеру дедушка был  довольно жёстким, своенравным человеком, державшим в строгости своих детей и жену. Прямая  противоположность ему была его жена Лиза – кроткая, ласковая, любящая своего мужа и детей женщина.
    Незадолго до начала первой мировой войны дедушка с  семьёй переехал на  немецкий хутор Бекетный Сальского округа  Области Войска Донского. Их переманил туда брат бабушки Елизаветы Андреевны – Яков Андреевич Неб.     
    Дедушка быстро обустроился на новом месте (благо деньги у него водились) и стал дальше заниматься своим промыслом. Он организовал небольшое предприятие по выделке кож, на котором работали три наёмных работника, и старшие дети уже тоже помогали. Но  продолжал также заниматься торговлей лошадьми.
    Бабушка Елизавета умерла в 1921 году, в возрасте 51 года. Это была очень тяжёлая утрата для дедушки и для всех её многочисленных детей. Дедушка очень тяжело  переживал смерть своей жены, уж очень он её любил.
    Но время лечит…
    Через пару лет он сблизился с односельчанкой – вдовой Ваккер Екатериной, (урождённой Лоос), муж которой Ваккер Андрей (Генрих) – родной дядя моей мамы,
умер в 1918 году.   В 1923 году они поженились. У Екатерины  с Ваккер Андреем Ивановичем было четверо детей:
Амалия - старшая дочь родилась в 1892 году. О ней мне ничего не известно, Андрей (Генрих) Ваккер (1894-1964), Ханс родился в 1896. В 1919 году выехал в Америку. Адам  Ваккер (1904-1942).

  К этому времени все дети моего дедушки, за исключением Александра и
Анны-Лизы, и  дети Екатерины были женаты и замужем и жили отдельными семьями.
    Дедушка с Екатериной жили отдельно. Но скучно им не было, у них постоянно гостили многочисленные внуки, которых дедушка и бабушка баловали.
   В дальнейшем дедушка был  больше привязан  к  семье сына Екатерины – Андрею Андреевичу  Ваккер, женой которого была его дочь Мария.

    После переезда в Новую Надежду дедушка Кондрат Иванович с  женой
Екатериной выстроили  хороший дом под черепичной крышей, в отличие от соседних домов, которые, в основном, были покрыты камышом  или  соломой.    Все  их дети построили дома поблизости от него.
    Мой дедушка, унаследовавший от своего отца специальность кожевенника, был и хорошим сапожником. Он шил первоклассную обувь: туфли, сапоги, ботинки, одним словом, любую обувь. У него была своя мастерская, всегда были один или два ученика, которых он обучал сапожному делу, и некоторые из них в дальнейшем работали с ним.  Он с детства приучал и своих сыновей к сапожному делу. Всё это давало возможность  неплохо содержать свою семью.
    Мастерство по выделке кожи и пошиву обуви он передал своему сыну Кондрату – нашему отцу. Другие сыновья тоже научились простым операциям в ремонте своей обуви.

    Нужно отметить, что дедушка был глубоко  верующим человеком. Он никогда,
даже в самые тяжёлые времена и в любой ситуации,  не забывал помолиться и поблагодарить всевышнего, и в первую очередь, не за себя, а за свою большую семью – за детей и внуков. Он был негласным пастором в селе Новая Надежда.
     А ещё он безвозмездно врачевал своих односельчан молитвой, травами и психологически. Некоторые очевидцы говорят, что он обладал и гипнозом, во что я не очень верю. К нему постоянно приходили люди за советами при каком-нибудь недуге.   
     Фрида Гамбург жена моего старшего брата - Роберта считает дедушку своим спасителем. В Новой Надежде, когда ей было лет 6-7, она хотела погладить жеребёнка, мать этого жеребёнка ударила её копытом по голове. Девочка потеряла сознание, а кровь лилась ручьём, люди, которые оказались рядом, не знали, что делать, как остановить кровь. Рана была большая. Побежали за дедушкой. Он взял девочку на руки, прижал палец на шее, и, как говорят, пошептал ей что-то на ухо, и кровь перестала бежать. Наблюдавшие всё это присутствующие разинули рты. После этого случая авторитет дедушки ещё больше вырос.


 
Назад к содержимому | Назад к главному меню