На земле предков - Книги - Мои истоки и Прощание с прошлым

Перейти к контенту

Главное меню:

Книга вторая. "ПРОЩАНИЕ С ПРОШЛЫМ" > Часть 4. Самая короткая

ЧАСТЬ ЧЕТВЁРТАЯ - САМАЯ КОРОТКАЯ
О САМОМ БОЛЬШОМ ПРОМЕЖУТКЕ ВРЕМЕНИ


                                                                          Кто из нас не испытывал желания
                                                              жить одновременно и в своем
                                                         отечестве, волнуясь всеми
                                                          интересами своей родины,
                                                           и в то же время где-нибудь
                                                 в Париже, Лондоне?
                                                                                               Николай Лосский

НА ЗЕМЛЕ ДАЛЁКИХ ПРЕДКОВ


     Мы прилетели во Франкфурт на Майне 31 августа 1991 года. В аэропорту нас встретили родственники и друзья. Всё происходило очень быстро, посадили всех в автобус, и мы поехали на север в лагерь для переселенцев. (Grenzuebergangslager). Он находился в 250 км от Франкфурта в округе Оснабрюк, на окраине небольшой деревни Hessepe. До 1990 года там размещалась английская войсковая часть. Приехали мы туда часов в десять вечера. Там было всё очень хорошо организовано, до двенадцати часов были улажены все формальности. Разместили нас по несколько семей в одной комнате.
     Уже на следующий день утром к нам приехали Эдик и Лиля Эйзенменгер, жившие в 250 км от Брамше, с множеством лакомств.
После обеда приехал мой двоюродный брат Саша Майзингер с женой Метой и дочерью Марией. Радостям не было предела. Люда ни на миг не выдавала своё плохое состояние. Но ей становилось всё хуже и хуже.
     Утром на следующий день она чувствовала себя совсем скверно, у неё была высокая температура.
Я привёл к ней медработника, он её осмотрел, дал жаропонижающее средство. К вечеру температура немного спала, а к утру опять поднялась почти до сорока градусов. Утром я опять пошёл в медпункт, там дежурила уже другая медсестра, и я попросил её отвезти нас к врачу. Та незамедлительно отвезла нас в город Брамше к врачу, который принял Люду вне очереди и направил в больницу.
     Когда Люда лежала в больнице, к нам в лагерь приезжало много родственников, с которыми мы обязательно навещали Люду. Особенно часто нас навещала двоюродная племянница Лина с Эвальдом Викслер и их детьми.
     Через неделю все документы были оформлены, и мы могли ехать в промежуточный лагерь в городе Hochheim неподалеку от городка, где жил мой двоюродный брат Николай (Кондрат).
     Но мы с Антоном не могли уехать без Люды. Она продолжала лежать в больнице, хотя уже пошла на поправку.
Больница находилась в шести километрах от лагеря, и мы каждый день с Антоном ездили к ней с медсестрой санмедчасти.
Врачи так и не смогли поставить диагноз. У неё был обнаружен неизвестный доселе вирус. Но, благодаря интенсивной терапии, через месяц её состояние стало удовлетворительным, и я попросил, чтобы её выписали.
     Мой двоюродный брат Кондрат Майзингер уже зарезервировал нам комнату в Wohnheime в городе Hochheim. Когда-то по приезду в Германию он сам там жил. Он и его гражданская жена Марта оказали нам неоценимую помощь в первые годы нашей жизни в Германии. Кондрат за нами приехал на машине, и мы выехали из лагеря. Мы приехали к нему с Мартой вечером в субботу в Ginsheim, а в понедельник он отвёз нас в Hochheim.

ХОХХАЙМ (HOCHHEIM)


      Городок с тысячелетней историей на берегу реки Майн нам очень понравился, очень чистый и красивый, как, впрочем, и все города и городки Германии. Вот уже более 500 лет ежегодно, в первые пятницу, субботу и воскресенье ноября в Hochheime проходит общегерманская ярмарка, которую в течение трёх дней посещают более полумиллиона человек.
      Вокруг города сплошные сады и виноградники. Временное жильё (Wohnheim) для переселенцев, в основном, из Советского Союза и из Польши располагалось в шести больших трёхэтажных домах. Мы получили комнату в трёхкомнатной секции, в двух других комнатах уже жили две семьи. Кухня, душевая комната и туалет были общие.
      Мы с Людой стали ходить на курсы немецкого языка. До нас и после нас переселенцы ездили на языковые курсы во Франкфурт, а в этот год из-за большого наплыва нашего брата - Aussiedlera, курсы были организованы в нашем городке, что нас здорово порадовало. Нам очень повезло и с учительницей немецкого языка. Мы с Людой подошли к курсу изучения немецкого языка с большой ответственностью. Для этого и дома старались говорить по-немецки, и это принесло хорошие плоды. Через полгода мы вполне сносно могли беседовать с местными немцами.
Ещё до окончания языковых курсов, мы получили подтверждения наших советских дипломов, т.е. получили немецкие дипломы на наши специальности. Всё было прекрасно. Люда после перестроечных лет в Союзе, отдыхала и душой и телом.
     Несколько впечатлений о местных немцах. Они особый феномен. Немец по своему менталитету не похож ни на одного из представителей других наций: ни на итальянца, ни на испанца, ни на француза. Немец он и в Африке немец. Он замкнут в своём узком кругу своей семьи и близко к себе никого не подпускает. С ним, как с личностью, трудно найти контакт, а чаще всего это вообще невозможно. Он важен и всегда считает, что умнее и талантливее всех окружающих. Но на службе он совсем другой - он общителен и приветлив. Лауреат нобелевской премии - австриец Фридрих Хайек, долгое время живший в Германии, так охарактеризовал немца: "Типичному немцу" не хватает массы мелких, но важных достоинств, так облегчающих общение между людьми в свободном обществе: доброты и чувства юмора, уважения к частной жизни соседа и веры в его добрые намерения". И с ним я полностью согласен.
Совсем другие - русские немцы: они приветливы и доброжелательны и всегда готовы придти на помощь. В них ощущается русский дух.

      Ну, а в общем в Германии, как в новой для нас стране, нам понравилось. Главное порядок. Нигде никаких очередей: ни в магазинах, ни в государственных учреждениях, ни в приёмной у врача. Не надо кого-либо унижающе просить о чём-либо. И везде тебя обслуживают с улыбкой на лице. Хотя этому обслуживающему (обслуживающей) и хочется послать тебя куда подальше, но он (она) улыбается и ни на миг не повышает голоса. Особенно это бросается в глаза, когда через несколько лет пребывания в Германии приезжаешь в отпуск в бывший СССР, будь-то Россия, Украина или Казахстан.

      Вскоре после окончания языковых курсов Люда получила работу по её специальности в Государственной Национальной библиотеке. Это главная библиотека Германии, находящаяся во Франкфурте на Майне, наподобие библиотеки им. Ленина в Москве.
В этой библиотеке она успешно проработала 14 лет, до самого ухода на пенсию.
     А мне в Arbeisamte (бюро по трудоустройству) недвусмысленно дали понять, что с моим возрастом и профессией инженера связи, я работу вряд ли найду, так как в Deutsche Telekom идёт тотальное сокращение рабочих мест. Мне предложили идти на трёхгодичную учёбу по специальности техник - информатик, т.е. специалиста по обслуживанию компьютерной техники (Informationtechniker), а там, мол, и до пенсии недалеко.
     Я примкнул к группе, которая уже проучилась более полутора лет, и со свойственным мне рвением, закончил трёхгодичную учёбу за год и четыре месяца. Сдал государственные экзамены. Получил диплом техника - информатика и стал искать работу. Но кому нужен в Германии 53 летний инвалид, говорящий с ужасным русским акцентом, если даже у него семь пядей во лбу.
     Во время учёбы мне платили приличную зарплату, и оплачивался проезд. На таких условиях можно было учиться и учиться. Некоторым моим молодым сокурсникам из местных немцев, которые после трёх лет учёбы, не сдали отдельные экзамены, продлили курсы ещё на полгода.
Уже когда я стал получать пособие по безработице, я понял, что быть старательным и трудолюбивым не всегда хорошо. Куда я торопился?! Но это было недолго, всего пару месяцев. После этого я стал получать пенсию по инвалидности.

      В апреле 1993 года в Германию приехал наш старший сын - Эдик с женой Надей и дочкой Катей, а в конце ноября и Вова с Олей и сыном Арсением. Семья наша была опять в полном сборе. Для нас с Людой большая гора с плеч. Я несколько ожил в кругу детей и внуков. И жизнь пошла своим чередом, как в песне француза Поля Мисраки (перевод А. Безыменского):

Всё хорошо, прекрасная маркиза,
Дела идут и жизнь легка.
Ни одного печального сюрприза
За исключеньем пустяка...

Этим "пустяком" была моя ностальгия.







 
Назад к содержимому | Назад к главному меню