Реформатская церковь в Любеке - Мои истоки

Перейти к контенту

Главное меню:

Часть 2

    Первая неделя в Любеке пролетела как один день. Переселенцы отдыхали после длиной дороги из Бюдингена в Любек. Ходили по городу и раскрыв рты рассматривали местные достопримечательности.
    25 мая, воскресенье. Иоганн Майзингер проснулся рано. Долго лежал с открытыми глазами, пока не зашевелился отец. Потихоньку вышел во двор, где стояла бочка с водой и дюжина ковшей для умывания. Снял с себя рубаху, умылся холодной водой, фыркая, вылил остатки воды на голову. Зашел домой вытерся полотенцем, надел свой церковный наряд и пошел к Еве. Они еще с вечера договорились с колонистом из Изенбурга по фамилии Краус, который уже три недели ждет в Любеке  корабль для отплытия в Россию, что в церковь пойдут с ним. По его словам церковь находится довольно далеко за городской чертой. Пешком туда идти потребуется около часа, а объяснить, как туда идти он не сможет. Слишком сложно. В восемь часов утра они встретятся на Гольштинском мосту и вместе пойдут в церковь.

     Пройдя с километр  по дороге в северо-западном направлении, нашим колонистам повстречался извозчик без пассажиров. Краус  жестом руки остановил его.
     – Сколько будет стоить довезти нас до реформатской церкви в деревне Штокельсдорф (Stockelsdorf)?
      – Церковь я не знаю, а до деревни 4 км. Я довезу вас за 6 шиллингов.
      – Ну, что сбросимся? – спросил  Краус Иоганнеса и Еву.
      – Конечно, какой вопрос! С носа по два шиллинга.
Через 20 минут они уже доехали до деревни, рассчитались с извозчиком и пошли пешком.
      – Церковь здесь неподалеку, я дорогу знаю.
Так как до начала службы оставался целый час, они пошли к центру деревни, где красовалась лютеранская церковь, ратуша, несколько весьма богатых домов.
   Церковная община реформатов Любека была создана в 1553 году двумя сотнями английских верующих реформатов – купцов. Позже к ним присоединились голландские реформаты из купцов и французские гугеноты. Они собирались для богослужения в частных домах членов общины, так как  городские власти не разрешали открывать реформатскую церковь. Лишь в 1736 году реформатам удалось приобрести дом за пределами города и начать в нем богослужение. В 1762 году пастором был приглашен из Берлина доктор теологии Бутендах, который оставался пастором до самой смерти в 1798 году. Он многое сделал, чтобы реформатская церковь была признана государством.
     Лишь в 1811 году реформатская община была признана и в 1826 году состоялась открытие нового реформатского храма в центре Любека, который действует до сих пор. Здание, ничем не отличается от обычного жилого дома. Но построено добротно, на мощном фундаменте  с толстыми стенами из жженого кирпича. И стоит этот дом 200 лет, будто в прошлом году построен. И даже адрес с тех времен не изменился – Königstrasse 18.

      Когда Иоганн с Евой пришли к реформатской церкви, двери уже были открыты. Вошли. На скамейках сидело несколько прихожан. Впереди за небольшим столиком сидел полный мужчина в обычной цивильной одежде и листал какую-то книгу.
      – Это наш пастор шепнул Краус Иоганну. Иоганн, держа Еву за руку, подошел к столику.
      – Здравствуйте, пастор! Мое имя  Иоганн  Майзингер
     – А я Отто Фридрих Бутендах,–  привстал он со стула и пожал Иоганну и Еве руки, – вы хотите стать членами нашей общины?
      – Нет, мы с моей невестой реформаты, вчера приехали из Бюдингена. Уезжаем  в Россию и перед этим хотим повенчаться у вас.
       – Прекрасно! Когда же вы хотите обвенчаться?
       – Как можно быстрее, – ответил Иоганн.
      – Хорошо, сейчас я посмотрю, когда это возможно. Та-а-к, устраивает вас суббота 31 мая?
       – Да конечно! Большое Вам спасибо!
     – Не за что меня благодарить, это мои обязанности. Благодарите Бога и сына его – Иисуса Христа.
    30 мая уже с утра вся семья Майзингер и семья Бопп находились в возбужденном состоянии.  Шла подготовка к завтрашнему празднованию  венчания  Иоганна и Евы. Во дворе к существующим очагам сложили, из неизвестно откуда взятых камней, таганки,  на которых что-то пекли, жарили, варили.
      Под вечер приехал на своей двуколке Симон Шеффер. Его окружила толпа переселенцев, чтобы задать ему, волнующие их, вопросы. Когда гул толпы немного стих, Шеффер сообщил, что сегодня скончался русский комиссар Кристоф Генрих  Шмидт, и что похороны будут в понедельник. Желающие проводить его в последний путь могут придти по такому-то адресу. Поминки будут в самом большом трактире Любека до позднего вечера.
И еще сообщил, что встречать в Любеке и провожать колонистов в Россию будет отныне новый комиссар – любекский юрист Габриель Христиан Лемке.
     – Господин Шеффер, не могли бы Вы нам сказать, сколько времени мы будем еще здесь в Любеке? Мы видим, что каждый день отправляются группы  в Россию – обратился к помощнику комиссара  Яков Гразмик.
    – Нет, этого я вам сказать не могу. И никто вам это не скажет. Вашего брата в Любеке скопилось более 5 тысяч человек и чуть ли не каждый день прибывают все новые. Вы, наверное, знаете, что весь май стояла  штормовая погода, и корабли не могли выйти в море. А тех, которые выйдут в море будет недостаточно. Никто не ожидал такого потока переселенцев. Например, к середине мая удалось договориться в Любеке об аренде  20 судов, способных вместить не более 2300 человек. По моим сведениям недавно в Травемюнде прибыли два больших английских корабля. Говорят, что они могут взять на борт  за один раз более 2000 человек. На них сейчас ведутся плотницкие работы по устройству нар для вашего брата. Когда они смогут выйти в море мне неизвестно. А сейчас корабли, которые вмещают по 100-200 человек, перевозят людей, которые прибыли в Любек за месяц и более до вас. Все места на эти корабли строго расписаны.
        – Единственное, что я могу вам сказать… Ждите…

    31 мая к обеду родители Иоганна и Евы накрыли стол в честь заключения брака в реформатской церкви. Не успели родственники и несколько односельчан из Аулендибаха и Рорбаха усесться за стол, как к ним ворвался Симон Шеффер. Валентин Майзингер суетливо стал его усаживать.  Но Шеффер категорически отказался сесть за стол.
      – Я пришел сообщить вам, что в понедельник 2 июня все, прибывшие с вашим обозом из Бюдингена, будут грузиться в английский корабль под названием „Любовь и Единство“. К вечеру корабль выйдет в открытое море. Капитан торопится, потому что начал дуть благоприятный, попутный ветер. Предупреждаю, чтобы никто не опоздал.


 
Назад к содержимому | Назад к главному меню