София Августа Фредерика - Мои истоки

Перейти к контенту

Главное меню:

Часть 1

    В то же самое время в Заксен-Ангальте было небольшое обедневшее Ангальт - Цербское княжество (в нынешней земле Sachsen-Anhalt), на имущество которого  было несколько претендентов. Один из князей по имени Христиан Август, видя, что здесь ему ничто не светит,  отправился в Пруссию на военную службу к прусскому королю Фридриху I. Службу он начал капитаном прусского гвардейского полка в 1708 году. По службе он сделал неплохую карьеру. В 1727 году 37 летний генерал женился на 15 летней принцессе Иоганне-Елизавете Гольштейн-Готторпской –  дочери герцога Христиана Августа, умершего год тому назад. Той самой Иоганне-Елизавете – сестре Карла, с которой переписывалась императрица Елизавета.

В 1729 году князь был назначен губернатором города Штеттин, где в том же году у них родилась дочь –  София Августа Фредерика.
   Императрица решила убить двух зайцев сразу – передать в надежные руки Петрушу и приблизить ко двору племянницу, бывшего возлюбленного – принца Карла Августа.
    В конце 1743 года 14 летней принцессе Фредерике с матерью было прислано приглашение в Петербург от императрицы Елизаветы. Ехать приходилось по плохим дорогам в небывало суровую зиму, ночевать – в гостиницах, больше напоминавших хлев. На территорию России путешественницы прибыли спустя две с лишним недели. Новая обстановка ошеломила и захватила Фредерику. Их встречают очень тепло. Вокруг повозки появляются гофкурьеры, часовые, трубачи. Им представляется

генерал-аншеф и местные дворяне. Везде роскошь: золото, бархат, серебро, шелк. Все это напоминает Фредерике, что она невеста русского наследника. Принцесса получает в подарок дорогую соболью шубу. Из Петербурга с таким же почетом их везут в Москву, где была тогда императрица Елизавета.
     Сделаю небольшое отступление.
  Екатерина оставила после себя замечательные, собственноручно написанные мемуары, которые были опубликованы только после развала СССР. Эти мемуары можно читать в интернете.
   Ни до, ни после не было мемуаров, которые бы собственноручно написал какой-либо российский или советский правитель. За них писали прикормленные журналисты  и всякие окололитературные люди. Примером являются мемуары из трёх книг Л.И.Брежнева  „Малая Земля “, „Возрождение “ и „Целина “, которые написали коллектив авторов - имена, которых были строго засекречены: Анатолий Аграновский, Александр Мурзин, Аркадий Сахнин и др. За эти книги Брежнев, без зазрения совести, получил Ленинскую премию в области литературы. Позже   один из этих „писателей “ сказал, что сомневается в том, что генсек прочитал хотя бы одну из этих книг. И они издавались многомиллионными тиражами. То же самое происходит сейчас с произведениями нынешнего „Вождя “  русского  мира В.В.Путина, которого пророчат в будущего самодержца.  Широкую известность и награды Олегу Блоцкому принесли книги о президенте В.В.Путине - „Владимир Путин. История жизни “ (2001) и „Владимир Путин. Путь к власти “ (2002). Не прошло и двух лет с тех пор, как заурядный КГБист стал президентом страны, но Блоцкий уже увидел в нем гениальнейшего  мыслителя всех времен и народов. Читая, описание  жизни Путина  невольно приходят на память "Рассказы о Ленине" Михаила Зощенко, которые с
замиранием сердца читала нам когда-то -- пионерам и октябрятам наша учительница.
    Или еще одна троица журналистов: Андрей Колесников, Наталья Тимакова, Наталья Геворкян, которые издали книгу – интервью с Путиным "От первого лица".
   Сразу после издания книги Наталья Тимакова стала сотрудником Администрации президента Российской Федерации.
      Андрей Колесников стал кремлевским корреспондентом. Он написал еще несколько книг о Путине под общим названием "Увидеть Путина и умереть".  Звучит как: "Увидеть Иисуса Христа живым и можно умирать". Ну, да уж ладно! Каждый делает свою карьеру - как может!

    Накануне дня рождения великого князя Петра Федоровича, 9 февраля, принцесса  была представлена великому князю. Действительно, императрица была очарована невестой и её матерью. В свою очередь, Фредерике в России все очень понравилось, включая будущего супруга. Взаимные симпатии продолжались недолго. Вот как описала это в своих мемуарах Екатерина:
„Великий князь, казалось, был рад приезду моей матери и моему. Мне шел пятнадцатый год; в течение первых десяти дней он был очень занят мною; тут же и в течение этого короткого промежутка времени я увидела и поняла, что он не очень ценит народ, над которым ему суждено было царствовать, что он держался лютеранства, не любил своих приближенных и был очень ребячлив. Я молчала и слушала, чем снискала его доверие; помню, он мне сказал, между прочим, что ему больше всего нравится во мне то, что я его троюродная сестра, и что в качестве родственника он может говорить со мной по душе, после чего сказал, что влюблен в одну из фрейлин императрицы, которая была удалена тогда от двора, в виду несчастья ее матери, некоей Лопухиной, сосланной в Сибирь; что ему хотелось бы на ней жениться, но что он покоряется необходимости жениться на мне, потому что его тетка того желает. Я слушала, краснея, эти родственные разговоры, благодаря его за скорое доверие, но в глубине души я взирала с изумлением на его неразумие и недостаток суждения о многих вещах. На десятый день после моего приезда в Москву как-то в субботу императрица уехала в Троицкий монастырь. Великий князь остался с нами в Москве. Мне дали уже троих учителей: одного, Симеона Теодорского, чтобы наставлять меня в православной вере; другого, Василия Ададурова, для русского языка, и Ландэ, балетмейстера, для танцев. Чтобы сделать более быстрые успехи в русском языке, я вставала ночью с постели и, пока все спали, заучивала наизусть тетради, которые оставлял мне Ададуров; так как комната моя была теплая и я вовсе не освоилась с климатом, то я не обувалась – как вставала с постели, так и училась. На тринадцатый день я схватила плеврит, от которого чуть не умерла. Он открылся ознобом, который я почувствовала во вторник после отъезда императрицы в Троицкий монастырь: в ту минуту, как я оделась, чтобы идти обедать с матерью к великому князю, я с трудом получила от матери позволение пойти лечь в постель. Когда она вернулась с обеда, она нашла меня почти без сознания в сильном жару и с невыносимой болью в боку “.

     При более близком знакомстве оказалось, что характеры будущих супругов совершенно не совместимы.
  Обходительность и внешняя доброжелательность Фредерики почти сразу же вызвали симпатии окружающих, и особенно императрицы. Каждый свой шаг принцесса соизмеряла с возможными последствиями. Она писала в своих воспоминаниях: „Я ни во что не вмешивалась, имела всегда спокойный вид, была очень предупредительна, внимательна и вежлива, и так как я от природы была очень весела, то замечала с удовольствием, что с каждым днем я все больше употребляла расположение общества, которое меня считало ребенком интересным и не лишенным ума “.

    Когда Фредерика серьезно заболела, Елизавета Петровна проявила неподдельную тревогу и ежедневно навещала больную. Императрицу до слез тронуло то обстоятельство, что принцесса изучала русский язык по ночам и довела себя до истощения, что привело к болезни. 28 июня 1744 года София Фредерика Августа приняла православие и отныне стала именоваться Екатериной Алексеевной. На другой день в Успенском соборе произошло обручение. Теперь Екатерину Алексеевну стали почитать великой княгиней и титуловать императорским высочеством.

  Один за другим следовали новые знаки внимания императрицы: бриллиантовый браслет с миниатюрными портретами императрицы и великого князя, затем 30 тысяч рублей на карманные расходы. Фредерика быстро преодолела расстояние, отделяющее её от великой княгини, и вскоре уже могла позволить себе расточительные расходы. По её признанию, прибыв в Россию, она располагала "очень скудным гардеробом" из трех-четырех платьев, "и это при дворе, где платья менялись по три раза в день". Расточительность Екатерины вызвала резкое осуждение императрицы.
    Твердо шла Екатерина к своей цели. Когда захворал Петр, то Екатерина нежно ухаживала за ним; эта нежность и участие

  сильно тронули Елизавету, тем более что они были незаслуженными. Петр продолжал играть в куклы и карты с лакеями. Императрица пришла в ужас, узнав о занятиях Петра с лакеями, и приказала Штелину стеречь его от лакеев, которые учили его, как обходиться с женой.
„Сердце не предвещало счастья, – писала она, – но в глубине души было что-то, что не оставляло меня никогда, что я добьюсь самодержавия“.
И 25 августа 1745 года Екатерина стала женой Петра. Лишь через девять лет после замужества она забеременела и родила  в 1754 году наследника престола Павла.
    В шутливой эпитафии, сочиненной Екатериной самой себе, она писала: „Вступив на Российской престол, она желала добра и старалась доставить своим подданным счастие, свободу и собственность.“
 Поверим в искренность намерений Екатерины, которую Вольтер называл Catharine le Grand - Екатерина Великая.


 
Назад к содержимому | Назад к главному меню